Рассуждения об этологии и социобиологии

 

Часть 1

 

 Эта статья не претендует на серьёзную истину, скорее она предлагает некую информацию для размышления.

  Этологией называется наука о поведении человека и животных, опирающаяся на теорию эволюции и биологическую парадигму (психология опирается на гуманистическую парадигму). Социобиологией называется наука, или попытка создать такую науку, сочетающую в себе этологию и психологию.

 

Протопопов vs Шипов

  Для меня знакомство с этологией началось с прочтения “Трактата о любви” Анатолия Протопопова. В первый раз этот трактат произвёл на меня сильное впечатление, хотя позже я осознал его ограниченность. Насколько я могу судить, в недавнем прошлом этот трактат был довольно популярен в рунете. Я слышал мнение, что трактат Протопопова в сочетании с “пикаперскими” книжками неплохо помогает мужчинам знакомиться с девушками.

  На мой взгляд, более ранние версии этого трактата лучше, чем поздние, поскольку последние переполнены лишней информацией. Лучше начать чтение с версии 1999 года:  

http://www.ark.ru/ins/zapoved/zapoved/traktat.html

 

  Если кратко, трактат Протопопова доказывает, что женщинам нравятся наглые и асоциальные мужчины (например хулиганы), поэтому мужчинам полезно развивать в себе наглость при знакомстве с женщинами.

  Приведу несколько фрагментов из трактата Протопопова:

   Любой самец должен стремиться к максимально частой смене самок, как бы предполагая себя носителем уникально-полезных генов. Представим себе, что у некоторого мужчины появился каким-то образом ген устойчивости к СПИДу. Крайне важно этот ген срочно распространить в популяции как можно шире! А он, гад, верен только одной женщине. Сколько она может ему родить? Ну 10, максимум 20 детей, и по законам генетики, этот ген получит только половина их. Это же преступление перед видом! А вот если себя вести подобно султану, то вполне можно народить 1000, и на пределе, пожалуй до 2000 детей. Это уже кое-что... Так что общественное мнение не зря так сдержанно относится к мужской неверности - такова инстинктивная программа, и очень, надо сказать здравая. Самец не должен ограничивать своей половой экспансии - на это есть самки.

  Таким образом, инстинктивная цель брачного поведения мужчин - больше женских тел, хороших и разных. 
  Максимальное количество самок самец может оплодотворить, если будет заниматься каждой из них лишь необходимый минимум времени. Овладев самкой, самец должен счесть цель достигнутой, и переключить внимание на другую самку. 
  А если такой уникальный ген обнаружится у женщины? Как она должна вести себя, чтобы этот ген, так сказать, не канул в Лету, а наоборот, закрепился и размножился? В принципе, можно тоже увеличить количество детей, но увеличится ли оно от интенсивной смены мужчин? Разумеется нет, но от этого может существенно пострадать их (детей) качество! Не зря общественное мнение с гораздо большим осуждением относится к женской неверности - женщина, неразборчивая в половых партнерах, не заботится тем самым о качестве своих детей! Мужчина, пристроивший свои гены к некачественной женщине практически ничего не теряет - если завтра подвернется качественная, то он пристроится и к ней; женщина же, зачавшая от некачественного мужчины, может исправить свою оплошность очень нескоро (природа не предполагает абортов), и вообще, число такого рода попыток чаще всего очень ограничено. Чтобы понадежней закрепить свои гены в потомках, женщина должна усилить строгость отбора претендентов, чтобы не разбавлять свои, возможно уникальные, гены чем попало. Но чтобы было из кого выбирать, она должна нравится по возможности всем мужчинам. И чем большему количеству мужчин она нравится, чем больше у нее воздыхателей, тем шире ее выбор. Идеал - влюбить в себя всех, но подпустить - одного, а может быть, даже и никого. Само совокупление при этом - едва ли не досадный побочный эффект процесса соблазнения. 
  Итак, цель инстинктивной брачной стратегии женщин - больше мужских сердец, хороших и разных. 
  А завладев сердцем мужчины, женщина может утратить к нему активный интерес, придерживая его только для коллекции. А тем временем соблазнять следующих.

...

  Равноправия нет нигде. Те, кто возмущен несправедливостью в нашем обществе, могут успокоить себя тем, что в мире всех прочих животных обстановка гораздо хуже. 
  Если группе мышей давать корм, то скоро можно заметить, что каждый раз лучшие и большие куски достаются одним и тем же особям. Эти же особи занимают лучшие места для отдыха и имеют наибольшее количество спариваний. Другие особи, довольствуются объедками от первых; третьи - объедками от вторых, и так далее... То есть, имеет место определенная внутригрупповая иерархия.

...

  В отличие от большинства прочих животных, разные люди в разной степени подвержены влиянию своих инстинктов. Если какой-то человек вовсе не подвержен влиянию своих инстинктов, живет только рассудком - такой абсолютно не примативен (в реальной жизни такие не встречаются); Другой, полностью живущий одними чувствами, то есть всецело своим инстинктам подчинен - абсолютно примативен (а вот такие иногда бывают и в реальной жизни). Д. Зарайский вводит понятие "сила модели", которая есть показатель способности данной поведенческой программы доминировать среди ей подобных. Дело в том, что для одной и той же ситуации мозг располагает обычно несколькими поведенческими программами, среди которых есть как врожденные, так и приобретенные, и какая из них будет принята к исполнению, зависит, при прочих равных условиях, от силы каждой из моделей поведения. Так вот, примативность - это степень доминантности (сила) инстинктивных моделей поведения по отношению к рассудочным. 
  Зачатки непримативного поведения наблюдаются у многих высших животных, сколь - нибудь значимые проявления видны у приматов
, но только у человека непримативность стала относительно массовым явлением.

...

В этой "перевернутости" требований рассудка и инстинкта и видится главная причина затруднений высокообразованных людей в поисках супруга. Традиционно принято считать, что проблема - в высоте требований. Сами по себе требования могут быть и не очень высоки, но они очень противоречивы - сердце хочет того, что рассудок справедливо отвергает, а пожелания рассудка не устраивают сердце. В самом деле, такие качества, как доброта, порядочность, честность, уважение других людей, тактичность, да совесть наконец, справедливо считаются признаками культурного, порядочного человека, и хорошего супруга, но вместе с тем, с первобытных позиций это все признаки низкого ранга в иерархии!!!

...

  Этологические основы агpессивности хоpошо описаны у К. Лоренца в [9] и В. Дольника в [1], позволю себе некотоpые собственные соображения на этот счет. 
  В основе многих видов преступлений против личности лежит противоречие между высоким исходным ранговым потенциалом преступника, и невысоким его же фактическим статусом в обществе. Такое бывает, если этот человек не обладает никакими другими достоинствами, кроме первобытной наглости, чего современном обществе, слава богу, маловато для хорошей карьеры. Если такое положение сочетается с высокой примативностью, то такой человек старается реализовать свою потребность в доминировании любыми способами. Но если общественный статус низок, то этих способов немного. Вот так он и приходит к преступлению против других личностей, как к способу реализации ранговых амбиций.

 

  В текстах Протопопова, можно сказать, бурлят гормоны, что приводит к таким пассажам:

Вот сходная картина: нетрезвый мужчина в общественном транспорте хамит, буянит, грязно ругается при женщинах и детях. Пассажирки, естественно, взывают: "Настоящие мужчины есть? Урезоньте!". Вот находятся пара крепких пареньков или сотрудник милиции (такое бывает!), его скручивают, как вдруг те же пассажирки встают на защиту хама! Парадокс? НЕТ! Антиобщественное поведение - едва ли не самый сильный признак высокого ранга, а физическая сила, которую продемонстрировали настоящие мужчины, победив его, с высоким рангом соотносится постольку-поскольку. Более того, вступившись не за себя, они продемонстрировали некоторую самопожертвенность, а это признак низкого ранга. К слову, увидев такую благодарность, настоящие мужчины в следующий раз ввязываться не будут. Женщинам вдруг становится жаль такого хама. Пока он был опасен, позитивные чувства к высокоранговому перекрывались страхом; как только опасности не стало, так примативный рассудок сразу занялся подгонкой под ответ (ведь нужно как-то оправдать это позитивное чувство к явно негативной личности), и нашел, что в этой ситуации наилучшим образом подходит слово "жалость". Других людей, которым этот хам угрожал, почему-то не было жалко.

 

 

 В сети можно найти также основательную критику трактата (Б. Шипов):  

http://shipov.su/Articles/Anti-Protopopov.html

 

  Шипов пишет на первый взгляд довольно убедительно, и после прочтения его статьи вначале испытываешь разочарование. Но на самом деле, как я считаю, критика Шипова затрагивает скорее форму, а Протопопов во многих вопросах не прав по форме, но прав по сути.

  Приведу иллюстрацию: другой соратник  Протопопова по цеху, О. Новосёлов, пишет, что в нашем обществе царит матриархат. Формально это бред, но по сути это, как мне видится, довольно близко к действительности; Протопопов довольно логично разъясняет этот вопрос так:  

 - Можно ли назвать матриархатом современную систему отношений в развитых странах?

 Да, действительно, женщины в нашем обществе окружены бОльшей заботой, поддержкой, и любовью, чем мужчины (хотя им этого кажется недостаточно). Однако это не матриархат, а работа ПНС - Принципа Незаменимости Самки. Какой-нибудь марсианин, наблюдая наше общество, мог бы сделать вывод о, например, власти детей в нашем обществе. В самом деле - они находятся в явно привиллегированом положении, их носят на руках, ухаживают за ними и проч. Иной ребёнок точно так же может вить верёвки из взрослых. Но есть ли это общество власти детей? То же и с женщинами. Невзирая на все проявления ПНС, мы не можем считать, что в нашем обществе имеет место матриархат. Как впрочем и патриархат.

   На мой взгляд, у Шипова есть откровенно несерьёзные придирок к трактату. Так, он придирается, что трактат по названию должен быть посвящен теме любви, а он посвящён теме сексуальных предпочтений. Но ведь очевидно, что эротическая любовь и сексуальные предпочтения очень связаны (или, например, брак у людей и брачные отношения у животных).

  Шипов в своей критике приводит слова этологов, которые возражают против понятия “инстинкт”. Действительно, современные биологи чуть ли не отрицают термин “инстинкты”, заменяя его более обтекаемым “инстинктивное поведение”:

 

http://wolf-kitses.livejournal.com/84643.html

 

  С одной стороны, биологам виднее, но, с другой стороны, утверждать, что у человека нет инстинктов, в каком-то смысле абсурдно. Ведь всем очевидно, например, что у людей в ходе взросления появляются врожденные представления, как заниматься сексом. Здесь имеет место трансформация понятий: боязнь смерти - инстинкт самосохранения, любовь матери к ребёнку – материнский инстинкт и т.д.

  Насколько я знаю, все без исключения теории в психологии, например Фрейдизм, ещё больше, чем трактат Протопопова, грешат некоторой односторонностью. И с этим ничего не поделаешь; к сожалению, психология и вообще гуманитарщина – это не физика и не математика.

  Мне кажется, для психологических теорий иногда может быть простительна эквивокация, о которой пишет Шипов. 

  Кое-где Шипов, на мой взгляд, явно привирает. Так, он ссылается на эту картинку, чтобы опровергнуть тезис Протопопова, что женщинам нравятся наглые самоуверенные мужчины:

 

 Но ведь Протопопов чётко разделяет любовно-сексуальные предпочтения женщин и их сознательный выбор мужчины для серьёзных отношений.

  По Протопопову, наглые уверенные в себе (высокоранговые) мужчины нравятся женщинам прежде всего физически, сексуально, а когда женщина выбирает себе мужа, она может предпочесть неуверенного мужчину (низкорангового). К этому я добавлю, что женщины чаще выбирают себе высокоранговых мужчин в более молодом возрасте, а в дальнейшём, набираясь опыта (обжигаясь на "альфа-самцах"), они начинают больше интересоваться низкоранговыми.

  Определение ранга среди людей будет дано ниже. Ещё Шипов обвиняет Протопопова в том, что последний якобы ставит знак равенства между рангом и социальным статусом, а это не так. И ещё: Шипов пишет о том, что женщинам обычно не нравятся пожилые мужчины, как о доказательстве неправоты Протопопова, а это уже совсем абсурд: ясно, что у пенсионеров ранг становится невысоким, плюс мужчины в пожилом возрасте становятся непривлекательными физически.

  Наиболее распространённая критика этологии, подобная Шиповской, заключается в том, что этологи обвиняются в редукционизме – сведении всего к простым и грубым моделям. Я полагаю, что во всех науках (за исключением, может быть, точных) любое упрощение неизбежно ведёт за собой частичное искажение фактов, неизбежные частичные ошибки. Но если вообще не заниматься редукционизмом, то и результата добиться не получится. Процитирую Александра Маркова [1]:  

  На самом деле, конечно, все гораздо сложнее (это моя "любимая" фраза. Ее можно вставлять после почти каждого высказывания, относящегося к сфере естественных наук, и это будет правдой. Конечно, жизнь штука очень сложная, поэтому любой биологический вывод, теория или модель всегда упрощает реальность. В устах опытных демагогов фразы типа "вы все упрощаете", "в действительности все сложнее" (вариант – "не занимайтесь редукционизмом!") иногда становятся чем то вроде универсального оружия против любых научных идей. Защититься от таких умников помогает следующая байка, восходящая к одному из рассказов Борхеса (Фрит, 2010). Говорят, что в некоей стране географы приобрели настолько большое влияние, что им предоставили возможность сделать самую подробную в мире географическую карту. По размеру она была равна всей стране и совпадала с ней во всех деталях. Пользы от этой карты не было никакой).  

  Если не ошибаюсь, в интернете редукционизм называется "натягиванием совы на глобус". Надо сказать, что критики редукционизма тоже по-своему правы, поскольку слишком простая модель обязательно становится частично ложной.

  Резберём теперь обвинения Шипова, касающиеся фактов о повадках обезьян и обычаях дикарей. Шипов цитирует Д. Гудолл, который якобы опровергает тезис Протопопова, что самки шимпанзе предпочитают для спаривания высокоранговых самцов; как пишет Гудолл, для шимпанзе характерен скорее промискуитет.

  Итак, во-первых, шимпанзе – это далеко не все обезьяны, а например гориллы или павианы с их полигамией хорошо вписываются в концепцию Протопопова, и ещё неизвестно, к какому из этих видов люди ближе в плане повадок. Далее, Гудолл всё-таки пишет, что альфа-самцы действительно имеют больше доступа к самкам, чем остальные самцы. Может быть, как пишет Шипов, это наблюдается не очень часто, но принципиально особой разницы тут нет - вполне логично полагать, что, несмотря на промискуитет, ранг самцов помогает им добиваться благосклонности самок, и альфы имеют в среднем больше спариваний чем омеги.

  Наконец, есть данные [2,3], что у людей вероятность зачать ребёнка во время секса зависит от степени удовольствия, которое получает женщина– чем больше ей нравится, тем выше эта вероятность. Высокоранговые самцы более привлекательны для самок физически, чем низкоранговые (см. ниже), соответственно они чаще зачинают детёнышей.

  Таким образом, даже для шимпанзе ранг самцов помогает им иметь больший репродуктивный успех; может быть, эта зависимость не так резко выражена, как для полигамных видов, но принципиально это ничего не меняет. Общий закон природы – если хочешь иметь больше детёнышей, повышай свой ранг.

  Далее Шипов ссылается на литературу по аборигенам Тробрианских островов. Якобы по Протопопову у этих аборигенов женщины должны сбиваться в гаремы вокруг высокоранговых вождей, чего на практике не наблюдается. На это прежде всего следует ответить, что человек – существо социальное, и каждое человеческое сообщество имеет свои нормы и правила, как официальные, так и неписаные (вообще, как пишет В. Дольник, загадкой для этологов является то, что разным обществам свойственны совершенно разные формы отношений – где-то моногамия, где-то полигамия, где-то полиандрия, групповой брак и пр. Среди животных такое  наблюдается редко).

  Наверно, если бы Тробрианские девушки слишком часто выходили замуж за вождей, в ущерб остальным мужчинам, последние устроили бы восстание (поселения Меланезии - это не древние восточные деспотии, в которых монарх концентрировал в своих руках чудовищную власть). Плюс к этому, как и с обезьянами, промискуитет не означает, что ранг вообще не влияет на репродуктивный успех мужчин.

  Рассмотрим теперь аргументы в пользу концепции Протопопова. Есть хорошая книга Мэтта Ридли “Секс и эволюция человеческой природы”, о которой одобрительно отозвался Ричард Докинз. Ридли приводит много фактов как из биологии, так и из истории и других социальных наук. Вот основные тезисы его книги, которые он хорошо аргументирует, совпадающие с тезисами Протопопова:

1) Мужчины больше, чем женщины, склонны к полигамии. Это, на мой взгляд, можно считать азбучной истиной в этологии. Причина такого поведения мужчин в том, что наши гены “программируют” нас оставлять как можно больше детей (поскольку гены, которые недостаточно эффективно нас на это программируют, вытесняются из генофонда), а мужчина может иметь много детей, если у него будет много женщин. Это поведение свойственно и подавляющему большинству других видов.

  До сих пор было принято считать, что птицам в основном свойственна моногамия. Однако оказывается, что эта моногамия всего лишь социальная:  

http://postnauka.ru/talks/37981

 

  Так же и с промискуитетом – я полагаю, рано или поздно будет установлено, что для видов с промискуитетом проявляются те же законы, что и для самцовой полигамии. Подробнее о промискуитете см. ниже.

2) Мужчины больше стремятся к власти, чем женщины. Это объясняется, по Протопопову, инстинктами иерархической борьбы –  власть обеспечивает высокий ранг, а ранг способствует репродуктивному успеху.

3) Мужчины более агрессивны, чем женщины. Это тоже связано с борьбой за ранг, о чём подробнее см. ниже.

  В книге Ридли излагается примерно такое же представление о сексуальной жизни наших предков, как и в книгах другого популярного биолога, А. Маркова. По Ридли и Маркову, наиболее естественная форма отношений для человека – моногамия с частыми изменами. Мужчина содержит свою жену, обеспечивает её едой, заботится о детях, а она в ответ предоставляет ему возможность регулярного секса (причём у людей возникла сокрытие овуляции, чтобы женщина смогла постоянно удерживать при себе мужчину).

  Такая моногамия возникла как ответ на стратегию “секс в обмен на продовольствие”. Мужчины изменяют своим жёнам, поскольку инстинкт заставляет их находить как можно больше половых партнёров; женщины же изменяют своим мужьям, поскольку инстинкт заставляет их искать как можно более “качественного” отца для своих детей, как можно лучшие гены. Эти измены невыгодны основным партнёрам, особенно мужчинам (никто не захочет выращивать чужого ребёнка), поэтому у них в ходе эволюции сформировалась ревность и “средства для ведения спермовых войн”.

  И вот ещё один интересный факт:

4) В книге А. Буровского “Девочки. Инструкция по пониманию” приводятся такие данные – по статистике, на десять женщин-мазохисток приходится только один мужчина-мазохист. Это очень хорошо согласуется с концепцией Протопопова, поскольку она объясняет именно асимметрию между подобными влечениями у женщин и мужчин.  Но в этом вопросе мы можем и сильно ошибаться.

  Таким образом, в целом Протопопов скорее прав, чем не прав. Его основные ошибки – перепутал причину со следствием в вопросах о связи ранга с эгоизмом (см. ниже), и его понятие “примативность”, на мой взгляд, слабонаучно.

  В отношении “примативности” я соглашусь с Шиповым. Определение примативности вполне корректно – это преобладание врожденных моделей поведения над рассудочными; но эта примативность, на мой взгляд, мало различается у разных людей. Если мужчина нравится женщинам потому, что он хорошо танцует, значит мы должны считать этого мужчину “высокопримативным” и полагать, что он является рабом своих инстинктов? Мне это кажется сомнительным.  

 

Ранг в мире животных

  Понятие “ранг” прочно вошло в словарь биологов. Общеизвестно, что в популяциях диких животных обычно наблюдается определённая иерархия. Если взять, например, стадо павианов, в нём всегда наблюдается “пирамида”- наверху высокоранговые доминанты (“патриархи”), далее субдоминанты и так далее, в самом низу – низкоранговые.

  Самых высокоранговых особей называют альфами, самых низкоранговых – омегами. Когда две особи разного ранга претендуют на какой-то ресурс – еду, территорию, самку и пр. – этот ресурс обычно достаётся особи более высокого ранга.

  У многих видов, например у голубей, иерархия в популяции выстраивается в ходе множества стычек между особями – “турнирной таблицы”, в которой выявляются относительные бойцовые качества каждой особи. В то же время, обычно конфликты между особями опасны для них и суммарно им невыгодны, ведь в конфликте можно получить рану или увечье. Этологи часто пишут о том, что у видов, вооружённых опасным оружием (зубы, когти, яд и т.п.), присутствует врожденная “мораль”, запрещающая применять это оружие в драке.

  Отсюда становится понятно, зачем вообще нужна ранговая иерархия: она позволяет свести к минимуму количество конфликтов внутри популяции. Если бы не было этой иерархии, животные дрались бы за каждый кусок еды, что было бы очень невыгодно для популяции в целом.

  Склонность образовывать ранговые иерархии больше свойственна самцам, чем самкам. Причина этого в том, что самцы конкурируют за самок – самки для них это своего рода ресурс. Высокоранговые самцы имеют возможность спариваться со многими самками и соответственно оставляют много потомства, поэтому инстинкты заставляют самцов яростно бороться за свой ранг.

  Один из главных индикаторов ранга – рост (точнее, крупное телосложение) и физическая сила. Причина этого очевидна – чем особь крупнее, тем легче ей побеждать в конфликтах. Ещё ранг обычно растёт у самцов с возрастом, поскольку с возрастом они становятся крупнее и опытнее, обзаводятся социальными связями.

  В книге Ричарда Докинза “Эгоистичный ген” излагается концепция эволюционно стабильной стратегии (ЭСС) – эта такая стратегия поведения, которая не может быть преодолена другими стратегиями, если большинство особей в популяции ей следуют. В качестве примера ЭСС Докинз приводит такую стратегию поведения в конфликтах: “Если твой соперник крупнее тебя — убегай; вступай в борьбу лишь с теми соперниками, которые мельче тебя”.

  Нетрудно понять, что отсюда и возникает ранговая иерархия, ведь, как уже сказано, рост является одним из главных индикаторов ранга. Кроме роста, индикаторами ранга могут быть и другие признаки, например у петухов это высота гребня на голове [8].

  Здесь, правда, есть один запутанный вопрос: получается, что такая стратегия не до конца является стабильной, поскольку естественный отбор должен поддерживать особей с признаками высокого ранга – ростом и пр. Почему популяции животных, у которых индикатором ранга служит рост, не становятся с каждым поколением всё крупнее, а петухи не “отрастили” за миллионы лет огромные гребни на голове? Я полагаю, это нерешённая на данный момент этологическая загадка (читателю легче понять её смысл, если он читал книги Докинза, в которых описан парадокс "Леса Дружбы").

  Ещё один индикатор ранга – настырность, агрессивность, склонность к конфликтам. Протопопов называет это ранговым потенциалом. Такие настырные особи чаще добиваются своего в стычках – другие уступают им, отчасти от того что “неохота связываться”.

  Почему самкам нравятся высокоранговые самцы? Шипов высказывает внешне довольно резонное предположение [7], что в мире животных доминантные самцы имеют больше спариваний не по этой причине, а просто потому, что они отгоняют остальных самцов от самок. Я же думаю, что здесь должно сказываться т.н. фишеровское убегание, или “деспотичная мода” [4]. Самкам должны всегда нравиться успешные самцы, которые оставляют много потомства (независимо от того, по какой причине они его оставляют), поскольку детёныши самок от этих самцов также будут оставлять больше потомства.

 

 

В мире людей

  Теперь я попытаюсь решить очень важную задачу – перенести понятие “ранг” из биологии в психологию. Что бы там ни говорили гуманитарии, но человек достаточно близок к животным и имеет сходные с ними врожденные программы поведения, в том числе, очевидно, и склонность образовывать ранговые иерархии.

  В конфликтологии есть понятие “ранг оппонента”. В учебнике А. Я. Анцупова и А. И. Шипилова “Конфликтология” дано такое определение: “Ранг оппонента — это уровень возможностей оппонента по реализации своих целей в конфликте, «сила», выражающаяся в сложности и влиятельности его структуры и связей, его физические, социальные, материальные и интеллектуальные возможности, знания, навыки и умения, его социальный опыт конфликтного взаимодействия. Это широта его социальных связей, масштабы общественной и групповой поддержки.”

  Напомню, что ранговая иерархия в мире животных возникает вследствие конфликтов внутри популяции. Дам два собственных определения ранга среди людей:

1) Ранг человека – это уровень его склонности и способности добиваться своих целей в бытовых конфликтах и спорах;

2) Ранг человека – это социальный статус, который он бы получил, если бы наше общество вернулось к состоянию первобытной иерархии.  

  Надо сказать, что второе определение ранга уж очень условно.

  В современном обществе у каждого человека есть свой социальный статус, который определяется его должностью, званием, материальным достатком и т.д.; между социальным статусом и рангом есть тесная связь.

  Обычно, чем выше социальный статус, тем выше и ранг, но бывают и исключения. Полезно отдельно рассмотреть граничные случаи:

 - Сталин, Лукашенко – высокий ранг, очень высокий социальный статус;

 - Билл Гейтс, Марк Цукерберг – средний ранг, высокий социальный статус;

 - Николай II – средний ранг, очень высокий социальный статус;

 - Лидер компании школьных хулиганов – высокий ранг, низкий социальный статус;

 - Неудачник – низкий ранг и низкий социальный статус.

  Со Сталиным здесь всё понятно. У Цукерберга социальный статус высокий благодаря его миллиардам, а ранг у него средний, поскольку он всегда был скорее “омегой”. Тем не менее, его богатство повышает его ранг, так что этот ранг всё-таки не низкий.

  У Николая II, как у российского самодержца, статус был очень высокой, а ранг, опять же, скорее средний; это связано с тем, что Николая считали слабым царём и он, как пишет Э. Радзинский [9], имел крайне мягкий характер и не мог сказать “нет” в лицо просителю.

  Многие слышали про формальных и неформальных лидеров в группах. Исходя из излагаемой концепции, власть формальных лидеров определяется скорее их социальным статусом, а неформальных – их рангом.

  Как и в мире животных, ранговая иерархия скорее свойственна мужчинам, чем женщинам. Высокорангового мужчину можно охарактеризовать жаргонными словами “крутой”, “мачо”. Важнейшие индикаторы высокого ранга среди людей таковы:

 - Уверенность в себе, высокая самооценка;

 - Наглость, настырность, склонность к доминированию, отсутствие уступчивости;

 - Популярность мужчины среди женщин.

  Эти характеристики – скорее показатель, следствие ранга, но в некоторой степени они же являются его причиной (т.е. если, например, повысить свою уверенность в себе, это несколько поднимет и ранг). Основные источники, т.е. причины, ранга могут быть следующими:

 - Рост, физическая сила;

 - Власть;

 - Материальное положение;

 - Количество друзей, готовых оказать поддержку;

 - Агрессивность, склонность к конфликтам;

 - Отсутствие интеллигентности и воспитанности (т.е. интеллигентность и воспитанность понижает ранг мужчины);

 - Возраст (обычно с возрастом ранг повышается, но в пожилом возрасте он снова начинает падать).  

 - Низкому рангу способствует нестандартность, отличие от большинства. Процитирую известного психолога Владимира Леви:

 

  Природные Омеги — не обязательно хилые, дефектные, неприспособленные, не обязательно трусы. Бывает, что они попросту своеобразные. Против белой вороны яростно объединяется вся серая стая: лети прочь и попробуй выживи!.. Выжить можно — белая ворона не слабее обычной, умнее и красивее. Но как оставить потомство? Вот если б пару себе под стать...

  Надо сказать, что нестандартность иногда может и помочь мужчине сближаться с женщинами. Насколько мне известно, многим женщинам нравятся нестандартные мужчины (пример можно найти в "Герое нашего времени" Лермонтова).

 Таким образом, понятие “ранг” для мира людей очень размытое, но, тем не менее, им полезно пользоваться.

  Влияние ранга на физическую привлекательность мужчины иллюстрирует эта картинка:

 

 

 

 

Часть 2

 

Наверх