История европейских революций 16-20 веков

 

 

Сейчас в России слово “революция” стало ругательным. Объясняется это тем, что революцию 1917 года многие считают бедствием для России; кроме того, после революционного августа 1991 года россиянам тоже, как принято считать, стало жить хуже.

  Между тем в прошлом революции в большинстве случаев меняли жизнь людей к лучшему. Разберём в качестве примера 12 революций 16-20 веков.

  Голландская революция 16-17 века против испанского владычества привела к появлению первой в Европе буржуазной республики (Республика соединённых провинций). Государственное устройство этой республики было архаичным и неупорядоченным, но появилась первая буржуазия, которая обеспечила “золотой век” этой республики. К существенному изменению общественных институтов эта революция не привела.

  Английская революция 1640-1688 годов породила новые общественные институты. В 1689 годы был принят “Билль о правах”, ставший одним из первых документов, юридически утвердивший права человека. В этом документе были сформулированы такие права граждан Англии, такие как свобода от штрафов и конфискаций без решения суда, свобода от жестоких и необычных наказаний, от чрезмерно больших штрафов, свобода слова и дебатов, возможность выбирать парламент (для состоятельных граждан), свобода подачи петиций королю и пр.

  Были частично ограничены права короля. Итогом этой революции стало быстрое экономическое развитие Англии, которая в 18 веке стала “владычицей морей” и “мастерской мира”. Стала бурно развиваться английская буржуазия.

  Американская революция 1775-1783 годов подарила людям “Декларацию независимости США”.

  Кроме того, в американских колониях принимали местные “билли о правах”, в которых провозглашались свобода слова, совести, собраний, неприкосновенности личности и т. д.

  Великая Французская революция 1789г была самой важной из буржуазно-демократических революций, поэтому на ней надо заострить внимание.

  В ходе этой революции наиболее сильно изменились общественные институты Франции – от феодальных к буржуазно-демократическим. В 1789 году была принята “Декларация прав человека и гражданина”, в основу которой была положена концепция равноправия и свободы, данная каждому от рождения.

  Естественными правами человека и гражданина объявлялись свобода личности, свобода слова, свобода убеждений, право на сопротивление угнетению.

  Перед революцией во Франции обострилась эксплуатация простого населения: крепостное право, право первой ночи и пр. (по праву первой ночи долго шли дискуссии, было ли оно на самом деле; но, в любом случае, подобные отношения между аристократами и женщинами из низших сословий были как минимум фактом, если не правом). Кроме того, к революции подтолкнули стихийные бедствия и неурожаи.

  В 1789 году учредительное собрание Франции, получившее власть благодаря революции, отменило личные феодальные повинности, сеньориальные суды, церковную десятину, привилегии отдельных провинций, городов и корпораций, и объявило равенство всех перед законом в уплате государственных налогов и в праве занимать гражданские, военные и церковные должности. Были введены независимые суды.

  Марк Твен позже писал (“Янки из Коннектикута”) “Казалось, будто я читаю о Франции и о французах до их навеки памятной и благословенной революции, которая одной кровавой волной смыла тысячелетие подобных мерзостей и взыскала древний долг – полкапли крови за каждую бочку ее, выжатую медленными пытками из народа в течение тысячелетия неправды, позора и мук, каких не сыскать и в аду.”. Под мерзостями здесь имеется в виду крепостное право и т.п.

  Как это обычно бывает в истории, после чего-то светлого на передний план выходят неприятные вещи, которые дискредитируют это светлое. Началась кампания “дехристианизации”, глумление над христианскими святынями; начался страшный якобинский террор, по уровню преступности сравнимый с нацистским террором.

  Террор закончился падением якобинцев (Робеспьера) и приходу к власти “комитета общественного спасения”, далее Директории (термидорианцев), которые быстро прославились своей коррумпированностью. Палач Сансон написал в своих мемуарах про Робеспьера: “Разбойники… Он был прав: всех честных республиканцев он давно уже отправил под мой топор.”

  В стране царили нищета и голод (это было обусловлено, прежде всего, разрушением старых общественных институтов, когда новые ещё не успели утвердиться).

  Над Францией нависла реальная угроза конца революции, возврата к прошлому. Контрреволюционные настроения в обществе были крайне сильны. И тогда Франции повезло: в 1899г к власти пришёл Наполеон Бонапарт.

  Наполеон оказался разумным правителем (на первых порах), и энергичными мерами (но без большого террора) он навёл порядок в стране. Он провёл ряд успешных реформ (основание Французского банка, принятие гражданского кодекса и пр.).

  Наполеон был диктатором, и никакой демократии во Франции при нём не осталось; но жизнь простых французов в целом стала намного лучше. Историк Эдвард Радзинский писал:

  Он легко отнял свободу у французов. Оказалось, толпа вовсе не любит свободу, их единственный кумир – равенство (недаром оно связано тайными узами с деспотизмом). И Бонапарт воистину уровнял всех французов – и в правах, и в бесправии. Право на собственное мнение имел лишь один человек во Франции.”.

  Можно сказать, что из трёх знаменитых слов Французской революции – “Свобода, Равенство и Братство” исчезло первое, но остальные два остались.

  Наполеон дал французам около 14 благополучных лет. Но с течением времени, вследствие своего величия он потерял чувство реальности, ввязался в военные авантюры и в итоге полностью “обанкротился”. После поражения Франции при Ватерлоо старые (монархические) силы в Европе в определённом смысле взяли реванш над революционными (республиканскими).

  Но благодаря 14 годам правления Наполеона идеи революции не были дискредитированы: французы (и отчасти другие народы) поверили, что революция может сделать их жизнь лучше.

  В 1830 году во Франции (а также Бельгии) произошла новая революция. Тогда в Европе правил “Священный союз” (Россия, Пруссия и Австрия), который ставил своей целью недопущение новых революций. Но этот союз не смог или не захотел подавить новую революцию. Насколько может судить автор, это произошло по трём причинам:

1) В Пруссии и Австрии тоже шли внутренние беспорядки, революционные волнения;

2) В Польше произошло крупное восстание, которое Россия смогла подавить только в 1831 году;

3) Французская революция не ставила своей целью новый террор (видимо французы научились на своих ошибках) и даже установление республики; вместо этого французы как бы просто поменяли правящую династию. Поэтому у Священного союза не хватило мотивации идти на Францию войной.

  Про беспорядки в Пруссии писал Е. Тарле (“Наполеон”):

Ясно, что он остался при тех же настроениях, какие не раз нами отмечались. Но вдруг - к самому уже концу, под явным впечатлением известий, приходивших на остров Св. Елены из Европы через газеты и устные сообщения о германском революционном брожении, о студенческих волнениях, об освободительных течениях в Германии и т.д., - император круто переменил фронт и заявил (дело было уже в 1819 г .) тому же Монтолону нечто диаметрально противоположное своим прежним высказываниям. <Я должен был бы основать свою империю на поддержке якобинцев>. Потому что якобинская революция - это вулкан, посредством которого можно легко взорвать Пруссию. А как только революция победила бы в Пруссии, ему казалось, что вся Пруссия была бы в его власти и в его руки попала бы вся Европа (<моим оружием и силой якобинизма>). Правда, когда он говорил о будущей или возможной революции, мысль его не шла дальше мелкобуржуазного <якобинизма> и не предполагала социального переворота. Якобинская революция начинала представляться ему порой уже союзницей, которую он напрасно оттолкнул.

  Придя к власти, новый император Франции Луи-Филипп пошёл на некоторые либеральные реформы, упразднил чрезмерный придворный блеск. Жизнь французов стала немного комфортнее. В дальнейшем он, как и многие другие правители, начал злоупотреблять своей властью, слишком сближаться со Священным союзом, и это привело к революции 1848 года.

  На этот раз революция прошлась по всей Европе. Успех революции 1830 года заставлял европейцев всё больше верить в революции, в то что они могут изменить жизнь к лучшему. Волнения охватили Итальянские и германские государства, Австрию, Румынию. Священный союз практически потерял силу.

  Восстание в Пруссии не свергло монархию, но королю пришлось пойти на уступки населению, и Пруссия стала конституционной монархией. Примерно то же произошло в других германских государствах.

  В результате революции Франция получила всеобщее избирательное право, гражданские свободы, безработные были заняты на дорожных и земляных работах, благоустраивали дома и улицы городов. Правда, после 1848 года буржуазно-демократические преобразования были приостановлены. Позже к власти пришёл Луи Наполеон Бонапарт (Наполеон III), попытавшийся восстановить монархию.

  Поражение Франции во Франко-Прусской войне 1870-1871 годов привело к очередной революции, в результате которой к власти пришло новое республиканское правительство. В 1871 году прошли выборы в национальное собрание, и главой исполнительной власти был избран Адольф Тьер.

  Правительство Тьера сумело быстро восстановить Францию после поражения в войне. Снова в страну пришла свобода слова и пр. Далее была принята конституция и Франция надолго стала республикой.

  В целом, общий шаблон революций оказывался примерно таким: придя к власти, новое правительство вначале побаивалось народного гнева и поэтому проводило конструктивные реформы, шло на уступки населению. Со временем, войдя во вкус власти, оно начинало себя дискредитировать и происходила новая революция.

  Революции 19 века постоянно “вспоминали” опыт французской революции 1789 года, возвращались к преобразованиям того времени. Ленин говорил: “Возьмите великую французскую революцию. Она недаром называется великой. Для своего класса, для которого она работала, для буржуазии, она сделала так много, что весь XIX век, тот век, который дал цивилизацию и культуру всему человечеству, прошел под знаком французской революции. Он во всех концах мира только то и делал, что проводил, осуществлял по частям, доделывал то, что создали великие французские революционеры буржуазии” (В. И. Ленин, I Всероссийский съезд по внешкольному образованию. Речь об обмане народа лозунгами свободы и равенства. 19 мая, Соч., т. 29, стр. 342.).

  Интеллектуалы 19 века восхищались Великой французской революцией и преуменьшали роль террора, который её дискредитировал. Вот как писал про это Марк Твен (“Янки из Коннектикута”): “Нужно помнить и не забывать, что было два «царства террора»; во время одного – убийства совершались в горячке страстей, во время другого – хладнокровно и обдуманно; одно длилось несколько месяцев, другое – тысячу лет; одно стоило жизни десятку тысяч человек, другое – сотне миллионов. Но нас почему-то ужасает первый, наименьший, так сказать минутный террор; а между тем, что такое ужас мгновенной смерти под топором по сравнению с медленным умиранием в течение всей жизни от голода, холода, оскорблений, жестокости и сердечной муки? Что такое мгновенная смерть от молнии по сравнению с медленной смертью на костре? Все жертвы того красного террора, по поводу которых нас так усердно учили проливать слезы и ужасаться, могли бы поместиться на одном городском кладбище; но вся Франция не могла бы вместить жертв того древнего и подлинного террора, несказанно более горького и страшного; однако никто никогда не учил нас понимать весь ужас его и трепетать от жалости к его жертвам.”.

  Этот исторический опыт говорит о явном парадоксе: с одной стороны, совершенно верно изречение “революцию делают романтики, а её плодами пользуются подлецы”; а с другой стороны – несмотря на всё это, революции в большинстве случаев являлись благом для общества.

  Англия в 19 веке тоже шла в сторону демократизации, только это происходило без революций. Объясняется это просто – правящая элита Англии понимала, что если она не пойдёт на уступки населению, она получит то же, что получила элита Франции. Автор уже неоднократно писал об этом принципе – власть лучше работает и не позволяет себе впадать в деспотизм, если она боится революции.

  Благодаря этим преобразованиям, весь 19 век был полон оптимизма и веры в прогресс. Кроме того, тогда люди верили в революцию, это слово было весьма популярно. В России была партия социал-революционеров, пользующаяся большой поддержкой населения.

  И по этой причине в России в начале 20 века произошли две революцию – произошли несмотря на то, что в стране не было серьёзного голода и других подобных проблем.

  Первая революция произошла в 1905 году. Эдвард Радзинский пишет (“Николай II”), что эта революция вполне могла уничтожить правящую династию, и царя спасли только уступки народу – принятие конституции. В Россию пришли свобода слова и выборы.

  Вероятно, эту революцию тоже можно отнести к удачным. Хотя формально Россия как была, так и осталась монархией, всё же уровень жизни русских людей немного поднялся – свобода слова и возможность влиять на власть всегда поднимает уровень доверия власти у населения. Также этому способствовал бурный экономический рост России в 1906-1916 годах.

  В 1917 годы произошла всем известная Февральская революция. Историк Феликс Разумовский (программа “Кто мы?”) называет её “русским абсурдом”, потому что объективных предпосылок революции как бы не существовало: голода в стране не было, русская армия начинала побеждать в войне (Брусиловский прорыв). Объяснение этого “абсурда”, на взгляд автора, такое:

1) Тогда все верили, что революция может изменить жизнь людей к лучшему. И опыт революции 1905 года, как упомянуто выше, это тоже подтверждал;

2) Не следует считать, что жизнь русских в начале 20 века была такой уж благополучной. Скорее всего, тогда уже просвечивали все те “тёмные стороны” капитализма, которые мы наблюдаем в России сейчас. Насколько известно автору, в 60-х годах 20-го века уровень преступности в СССР был в несколько раз ниже, чем в России перед революцией. В деревне царской России было недоедание, а в городах безработица и эпидемии. 

  И ещё: когда мы говорим, что правительство Николая II хорошо работало, это следует дополнить одним соображением – оно так работало потому, что боялось новой революции (правда, даже это его не спасло).

  В 1918 году революции произошли в Германии и Австрии, после поражения в войне. Можно сказать, что на этом закончилась история противостояния буржуазно-демократического и сословно-монархического строя; однако к этому необходимо добавить, что история длится непрерывно, поэтому в ней конец одного периода означает начало другого.

  Можно подвести итоги: из перечисленных 12 революций только две как бы закончились провалом: французская 1789 г и русская 1917. При этом французская революция, можно сказать, всё-таки победила спустя сто с лишним лет после её начала.

  8 революций закончились удачно, достаточно быстро приведя к положительным изменениям. Про ещё 2 революции – германскую и австрийскую 1918г – трудно сказать что-то однозначное: с одной стороны, жизнь в германской Веймарской республике, которая появилась после революции, была весьма тяжёлой, что и привело к приходу к власти нацистов; с другой стороны, после поражения нацистов во второй мировой войне Германия и Австрия опять стали республиками, и жизнь там наладилась.

  В целом, европейские революции сумели изменить мир к лучшему. Вторая половина двадцатого века, как видится автору, была самым благополучным периодом в истории человечества, и это благодаря революциям.

  В 21 веке на Украине произошли две революции, на которые вначале возлагали большие надежды. Пока эти надежды не оправдались, но, может быть, ещё не пришло время пожинать их плоды? История европейских революций длилась 5 веков, и наивно думать, что на Украине за 12 лет наступит всеобщее счастье.

  Автор надеется, что в дальнейшем на Украине будут происходить уже не революции, а смены правящих элит, успевших себя скомпрометировать, в результате выборов.

  Когда происходили европейские революции, их главной целью было устранение сословных различий и эксплуатации низших слоёв населения. У нынешних революций на повестке дня другие вопросы – например, эффективная борьба с коррупцией. Наше время переполнено всевозможными общественными проблемами (взять, к примеру, интернет-наркоманию), только политики пока не торопятся их озвучивать.

  Основная идея украинского Майдана – население должно менять власть до тех пор, пока власть не привыкнет к ответственности – пока осталась нереализованной. Но автор надеется, что Майдан в итоге сформирует поколение ответственных политиков, которые станут эффективно решать все эти проблемы.

 

 

  Статьи по теме:

 

Несправедливость смешанных обществ

 

 

Наверх